Never be ordinary! (elpervushina) wrote,
Never be ordinary!
elpervushina

Category:

Вторая часть про первобытных женщин

Анна ВОДЖИ (Елена ПЕРВУШИНА)

 

Богини в мехах или Любовь в каменном веке

(2-й очерк из цикла «История женщины»)

 

Ну что глядишь? Тебя пока не бьют!

Отдай топор, добром тебя прошу!

И шкуры где? Ведь люди засмеют!

До трех считаю, после укушу!

Владимир Высоцкий «Любовь в каменном веке».

 

С точки зрения традиционалиста каменный век — эпоха «правильного» распределения ролей в семье. Мужчина ходит на охоту и командует племенем, женщина поддерживает огонь в очаге, готовит обед и присматривает за детьми. Кроме того она постоянно жует шкуры, чтобы обеспечить добытчика и кормильца мягкой удобной одеждой, а потому вынуждена молчать большую часть дня. Чем не идиллия?

А как обстояли дела в реальности?

 

Выжившие в оледенении.

Когда около 40—30 тысяч лет назад наши темнокожие предки-кроманьонцы пришли в Европу из Африки, то на Европейских равнинах они встретились с иным видом человека — светлокожими коренастыми неандертальцами. Неандертальцев можно смело назвать старожилами Европы — их предки переселились сюда из Африки около 300 тысяч лет назад.

Неандертальцы населяли преимущественно предледниковую зону Европы и за 300 тысяч лет превосходно научились выживать на границе ледника. Они были низкорослыми (160-163 см у мужчин), коренастыми, имели крупный мозг (1400-1600 см3 и выше), превосходно умели изготавливать орудия из кремня и костей, и были исключительными охотниками. Исследования показали, что практически 90% рациона неандертальцев составляло мясо, причем мясо крупных животных: мамонтов, шерстистых носорогов, гигантских оленей. На стоянках, расположенных в южных областях, встречаются кости диких лошадей, диких ослов, сайгаков. Там можно найти кости, сложенные кучами, — по-видимому, это запасы топлива (современные охотники тоже порой используют кости животных в качестве топлива). Костры часто разводили в специальных ямах. Так что неандертальцы, скорее всего, питались жареным мясом.

Вероятно, неандертальцы уже владели языком, у них была своя социальная система и свое представление о мире и о жизненном пути человека. Однако мы по-прежнему зачастую больше знаем об их смерти, чем об их жизни, да и сведения эти очень фрагментарны. Например, исследования черепа неандертальской девушки-подростка, умершей 100 000 лет назад и найденной на территории современной Хорватии, показали, что на костях затылка имеется большое количество параллельных насечек искусственного происхождения. «Такое впечатление, что кто-то положил ее голову на колени лицом вниз и прочертил эти линии камнем», — говорит Джилл Кук археолог Британского музея, исследовавшая череп под электронным микроскопом. Вероятно это был некий погребальный обряд. Но для чего он проводился, как представляли соплеменники девушки ее загробную судьбу мы не знаем.

Неандертальцы первыми начали хоронить своих мертвецов, они строили пещерные святилища, где поклонялись черепам мамонта и пещерного медведя, они создавали первые произведения искусства — каменные человеческие маски, скульптуры, изображающие человека со звериной головой.

Всё это кроманьонцы освоят только через несколько тысяч лет, вероятно, наблюдая за неандертальцами. И все же изобретательные, сильные, прекрасно приспособившиеся к суровому климату ледниковой Европы неандертальцы являются тупиковой ветвью эволюции. Выжили и создали современную цивилизацию именно новички-кроманьонцы. Почему так получилось? Некоторые ученые полагают, что тут не обошлось без женщин.

 

То, чего мы не знаем.

Строго говоря, нет никаких прямых доказательств того, что в каменном веке мужчины занимались охотой, а женщины — домашним хозяйством. Эти люди не оставили ни писем, ни мемуаров, ни трактатов наподобие «Домостроя». Вещи обнаруженные на стоянках, принадлежат неизвестно кому. Нет никакой возможности определить что вон то копье принадлежало мужчине, а вон тот скребок для шкур женщине. Больше того, археологи не всегда могут с достаточной точностью сказать был ли данный кремневый наконечник оружием или рабочим инструментом — и в том,  и в другом случае мастеру нужны были заостренный кончик и тонкое, но прочное лезвие. Кстати, вполне возможно, что кремни употреблялись и так и эдак в зависимости от обстоятельств.

Человек, наделенный здравым смыслом, несомненно возразит: но ведь очевидно, что мужчины сильнее женщин, а потому ходить на мамонта им сподручнее. Но это не так. Любой анатом, взглянув на скелет современного человека, без труда определит. мужской это скелет или женский, ориентируясь на рост, массивность костей, выраженность костных выступов служивших основанием для мышц (чем сильнее они выражены, тем лучше были развиты мышцы «пациента» при жизни), а главное — на особенности строения черепа и таза.  Но определить половую принадлежность скелета, извлеченного из захоронения зачастую невозможно без генетического анализа. Археологи не находят анатомических различий настолько ярких, чтобы без колебаний отнести одни костяки к женским, а другие — к мужским. Женщины палеолита не были настолько женственными, а мужчины – настолько мужественными, чтобы это было очевидно с первого взгляда. Да и самих погребений обнаружено пока слишком мало, чтобы составить убедительную статистику. Зачастую половую принадлежность похороненного определяют по инвентарю: если находят в погребении копье и топор считают, что там лежал мужчина, если скребки, шило, бусы — женщина. Получается замкнутый круг: женщины занимались домашним хозяйством, потому, что в их могилах не находят оружия, и поэтому все могилы без оружия считаются женскими, а все могилы с оружием — мужскими. Я, конечно, нарочно довожу ситуацию до абсурда, но лишь потому, что многим тезис о жестком разделении труда в каменном веке кажется абсолютно бесспорным и непоколебимым. Меж тем основание у него довольно шаткое — наши проекции. Мы механически переносим сложившуюся в настоящее время ситуацию в каменный век, а затем пытаемся объяснить настоящее положение дел на основе созданного нами же мифа о каменном веке и снова оказываемся в порочном круге.

Есть еще один биологический аргумент, который кажется бесспорным — в отсутствие надежных контрацептивов женщины должны быть все время заняты вынашиванием и выкармливанием детей — где уж им охотится. Но при этом мы снова совершаем ошибку — опираясь на наши знания о физиологии современных женщин, и возводя в ряд всеобщего закона знакомый нам социальный порядок, когда мать является главным человеком в жизни ребенка, и отдает его выращиванию и воспитанию большую часть своего времени, а общество всячески ее к этому поощряет. На самом деле мы не знаем, насколько плодовиты были женщины палеолита, в каком возрасте они набирали достаточную массу тела для того, чтобы начать менструировать и получить возможность зачать ребенка. Мы не знаем сколько детей могла выносить и родить женщина прежде, чем ее организм истощался настолько, что наступало временное или окончательное бесплодие. Ориентировочные подсчеты археологов очень скромны. Речь идет не о десяти — двадцати родах на протяжении одной человеческой жизни, как в земледельческих культурах, а в лучшем случае — о трех четырех, и то в периоды со сравнительно мягким климатом — короткими теплыми зимами и влажным летом. Подчеркиваю: мы говорим именно о количестве беременностей и родов, а не о количестве выкормленных и выращенных детей, оно могло быть еще меньше.

 Кроме того мы не знаем, насколько матери каменного века были вовлечены в воспитание собственных детей. У многих народов большую часть материнских забот берут на себя старшие дети, старики, незамужние сестры, братья, другие родственники, а иногда даже мужья. Мы, наконец, не знаем были ли беременность, роды  или кормление грудью достаточно уважительным поводом для того, чтобы оставить женщину у домашнего очага и освободить ее от тяжелых «мужских работ». Даже этот казалось бы очевидный и биологически неоспоримый обычай присущ далеко не всем племенам охотников и собирателей. У некоторых кочующих племен судьба беременной или только что родившей женщины и ее ребенка буквально висит на волоске — никто не будет делать роженице поблажек, никто не остановит и даже не замедлит движения, чтобы дать ослабленной родами женщине отдых. В других племенах мужчины презирают женщин за их способность беременеть и рожать. Они, совсем как некоторые наши не в меру впечатлительные современники, считают нечистым любое проявление биологической природы человека. Но, что самое удивительное, — с таким же презрением относятся сами к себе беременные и кормящие женщины. Своих новорожденных младенцев они носят в грубых корзинах и стараются свести время кормления грудью к минимуму. Для этого младенца подолгу держат впроголодь, чтобы он сосал энергичнее, быстрее наполнял свой желудок и оставлял свою мать в покое. При этом эти «ужасные матери» очень самоуверенны, не дают спуска своим мужчинам, и являются основными добытчицами пропитания в семьях. И вот что особенно странно: те племена, в которых беременность и деторождение ассоциируются с чем-то нечистым выживают ни чуть не менее успешно, чем племена, в которых беременные женщины и молодые матери окружены привычным нам поклонением.

Но вернемся от наших современников к нашим предкам. Конечно, у нас нет оснований с уверенностью говорить о том, что мужчины каменного века презирали и всячески третировали своих беременных подруг, но также нет доказательств того, что они праздновали День Матери. Вообще, говоря о решении полового вопроса в каменном веке, нужно быть очень осторожным с понятиями «естественно», «очевидно» и «бесспорно».

 

Добытчики и добытчицы.

И все же не будем раньше времени устраивать палеолитическую революцию. Спешу ободрить несколько сбитую с толка мужскую половину аудитории, и сообщаю. что есть по меньшей мере два косвенных доказательства того, что мужчины в каменном веке занимались преимущественно охотой, а женщины, как водится, всем остальным. Во-первых на знаменитых рисунках в пещерах в сценах охоты на бизонов, оленей и других крупных животных участвуют именно мужчины, причем художник старательно подчеркивает их мужское достоинство. Второе  — у большинства современных охотничьих племен охота все же является исключительно мужским занятием, а женщинам зачастую строжайше запрещено видеть охотничьи принадлежности и даже прикасаться к ним. Возможно, такое четкое разделение труда связано не с недостатком физической силы у женщин, и не с их особой биологической ролью, а с тем, что женщины являются «чужеродками», пришелицами из других деревень, а потому им е доверяют и не открывают тайны, от которых зависит выживание племени.

Но действительно ли загонная охота на крупную дичь была так исключительно важна для выживания первобытных племен? И тут нам предстоит снова вернуться к тайне гибели неандертальцев и выживания кроманьонцев.

Современные археологи считают, что неандертальцев сгубило похолодание. Ведь ледник приносит не только холодные зимы, но и засушливое лето, а значит, мамонтам, гигантским оленям и шерстистым носорогам стало не хватать травы. Они двинулись на юг, следом за ними отправились и неандертальцы. При этом они попали в зону степей (а она расширяется в холодные периоды), и прежние навыки охоты, которыми они в течение тысячелетий пользовались в лесной зоне, оказались неэффективными. Неандертальцы не сумели быстро перестроиться и вымерли от голода. Кроманьонцы были гибче, пластичнее и более привычны к путешествиям и переменам. Их рацион был более широк, они широко пользовались плодами собирательства. Они употребляли в пищу мелких животных, птицу, рыбу, улиток, а также растения и корни. Но если придерживаться гипотезы о традиционном распределении занятий, то получится что основными добытчицами у кроманьонцев были все же женщины-собирательницы, ведь никто не усомнится в том, что женщина вполне способна расставлять силки, рыбачить, собирать коренья, гусениц или улиток. Выходит, пока мужчины развлекались, гоняясь за последними мамонтами, женщины в очередной раз спасли человечество. Или все же права и обязанности в первобытных племенах были распределены более равномерно? Некоторые археологи придерживаются именно этой точки зрения. Например Стивен Митен пишет в своей книге «После оледенения»: «Женщины играли важнейшую роль в жизни племени. Они не только собирали топливо для очага, разбирали и собирали каркасы жилищ, разделывали оленьи туши, обрабатывали шкуры, шили одежду, их изготавливали орудия из камней, дерева и оленьего рога, готовили еду, присматривали за детьми, стариками и инвалидами. По ночам они пели и танцевали у общего костра. Женщины так же ходили на охоту».

 

Будни каменного века.

Если предположить, что в каменном веке именно женщины обшивали всю семью, то нужно признать, что они великолепно справлялись с этой важнейшей задачей. По традиции мы представляем себе людей каменного века завернутыми в драные воняющие шкуры. На самом деле они носили великолепные комбинезоны с капюшонами, на подобие тех, что шьют современные эскимосы, надежно защищающие все тело от зимнего холода. Причем эти комбинезоны были украшены узором из костяных бусин. В такие комбинезоны «одеты» женские статуэтки времен палеолита, найденные в Сибири. Кто бы ни шил такие костюмы — мужчина, или женщина, он смог бы многому научить современных кутюрье. В такой костюм была одета девочка  8 —9 лет из погребения Сунгирь, похороненная в могиле вместе с мальчиком-подростком. На голове у нее было что-то вроде капора и налобной повязки, на ногах — обувь, напоминающая унты. У девочки был роскошный пояс, густо обшитый песцовыми клыками. Пояс скрепляла заколка из бивня мамонта. другая застежка под самым горлом вероятно закалывала плащ. На руках у  девочки и мальчика были пластинчатые и бусинные браслеты, а на пальцах — бивневые перстни. На груди у девочки находился прорезной диск из бивня, на груди мальчика — плоская фигурка лошади, а под левым плечом — изображение мамонта.

Условия, в которых работали палеолитические швеи вряд ли показались бы нам особенно комфортными. Люди каменного века жили в домах, построенных из мамонтовых костей, иногда в легких наземных шалашах, типа чумов, или полуземлянках. Центр дома занимал очаг. Они согревал и давал свет в долгие зимние ночи. Были у наших предков и «свечи», сделанные из пропитанных жиром костей мамонта. И все же по всей видимости в палеолитических жилищах было достаточно темно и дымно, а кроме дыхания людей и негромких голосов был постоянно слышен стук камней — сидя у самого огня мастера изготавливали кремневые наконечники копий и дротиков, гарпуны, шила, скребки. В некоторых жилищах тлеющие угли рассыпались по всему полу, а потом очевидно покрывались шкурами. На такой грелке было уютно спать даже в самые лютые морозы. Подобным приемом иногда пользуются и современные сибирские охотники.

Однако добыча пропитания и забота о тепле вовсе не были единственным содержанием жизни этих людей. Они не только готовили оружие и шили одежду, но и изготавливали украшения (вероятно выполнявшие роль оберегов), вырезали статуэтки из оленьего рога и бивня мамонта, расписывали пещеры охотничьими сценами создавая святилища, по роскоши и масштабности не уступающие готическим соборам и барочным церквям. Есть предположение, что из костей мамонта они изготавливали первые ударные инструменты, а из птичьих костей — первые флейты. Были ли женщины среди тех, кто занимался «художественными промыслами» или исполнял музыку у ночного костра? Вполне возможно.

 

Венеры, птички или фаллосы?

«Первым объектом искусства была женщина», — это галантное утверждение тоже не совсем справедливо. Очевидно, что крупный рогатый скот вдохновлял первобытных художников ничуть не меньше, чем их спутницы жизни.

И все же именно в палеолите появляются первые женские статуэтки, вырезанные из мягкого камня или рога — так называемые палеолитические Венеры. Их фигуры далеки от современных стандартов красоты — эти женщины являются обладательницами довольно объемистых животов и ягодиц, их груди сильно оттянуты вниз. Фигуры иногда обнажены, иногда одеты в меховые костюмы, иногда в «нижнее белье» — на их животах и груди можно различить узкие повязки, а иногда странные «хвосты», спускающиеся от ягодиц к пяткам. На ногах одной из статуэток можно увидеть обувь, наподобие мокасин. Волосы палеолитических Венер иногда распущены, иногда собраны на затылке в пучок, иногда заплетены в косу.

Распространено мнение, что эти фигуры — изображения древнейших богинь человечества и свидетельства того, что каменный век был эпохой матриархата. На самом деле ученые не только не знают, кто правил в каменном веке, но они даже не пришли к единому мнению о том, какое значение для наших предков имели эти статуэтки. Были ли они изображением конкретных женщин (возможно женщин-прародительниц или шаманок), защитницами домашнего очага, оберегами для беременных женщин или чем-то еще? Никто не осмелится утверждать, что знает это доподлинно. Некоторые ученые видят в этих фигурках не только женские торсы, но и изображения небольших птичек (предположительно горлиц) и даже ... фаллосов.

Интересно также, что многие фигурки, по видимому, не были предназначены для длительного использования. Судя по их сохранности их не выставляли в пещере для поклонения, не предавали из поколения в поколение, а наоборот — закапывали в землю почти сразу же после изготовления. Так при раскопках одного из жилых домов поселения Костенки I была обнаружена неглубокая ямка засыпанная охрой и перекрытая лопаткой мамонта – именно так люди каменного века обустраивали свои погребения. Но в ямке лежал не скелет, а женская статуэтка, вырезанная из бивня мамонта. Эту находку также можно трактовать по-разному — простор для работы воображения поистине безграничен.

 

Любовь в каменном веке.

В середине 1950 годов российский археолог А.Н. Рогачев обнаружил на стоянке Костенки необычное погребение. В очень узкой могильной яме сидел скорченный скелет молодого мужчины. Один из пальцев погребенного был засунут в рот. По видимому его положили в могилу связанным и заспали землей, когда он был еще жив. В могиле не было ни следов одежды, ни одного предмета из тех, что обычно сопровождают покойников каменного века в загробный мир. Только дно ямы было густо засыпано охрой.

Очевидно, что это не было рядовым погребением. Кажется, что яма была не просто могилой, но местом казни.

Писатель Олег Васильевич Микулов предложил романтическую версию: этот человек посягнул на запретное, нарушил закон экзогамии, полюбил девушку из своего рода и за это был жестоко наказан соплеменниками. Разумеется. ни подтвердить ни опровергнуть эту версию невозможно. Принимайте ее, если она вам нравится, или придумывайте свою.

Женские погребения времен мезолита также будят воображение: женщина из Оленегорского могильника в могилу которой положили череп выдры (возможно, она была шаманкой), скелет молодой женщины, без всяких украшений и орудий труда подхороненный в могилу старика, совсем еще юная девушка, похороненная вместе с новорожденным, тельце которого было закрыто лебедиными крыльями — погребение найденное в Дании.

Пока  не будет изобретена машина времени, мы вряд ли будем знать доподлинно, как жили и любили наши предки в каменном веке. Одно мы знаем совершенно точно — так или иначе, женщины и мужчины научились преодолевать взаимное недоверие и трудиться бок о бок. Иначе нас с вами просто не было бы на свете.

Tags: феминизм
Subscribe

  • Сны эпохи постмодерна

    Во сне читаю сборник рассказов какого-то еврейского писателя — толстый темно-красный томик, с черным силуэтом автора на обложке. Один рассказ…

  • Внезапно стихи :) Белые.

    Наткнулась сегодня на очередное обсуждение Цветаевой. Актуально, ничего не скажешь. Даже по-моему теми же лицами, которых я встречала лет…

  • (no subject)

    Сегодня я пережила одно из самых сильных разочарований в жизни. Я почему-то думала, что история загадочного исчезновения воспитанниц пансиона в…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 11 comments

  • Сны эпохи постмодерна

    Во сне читаю сборник рассказов какого-то еврейского писателя — толстый темно-красный томик, с черным силуэтом автора на обложке. Один рассказ…

  • Внезапно стихи :) Белые.

    Наткнулась сегодня на очередное обсуждение Цветаевой. Актуально, ничего не скажешь. Даже по-моему теми же лицами, которых я встречала лет…

  • (no subject)

    Сегодня я пережила одно из самых сильных разочарований в жизни. Я почему-то думала, что история загадочного исчезновения воспитанниц пансиона в…